Вначале (продолжение 5)

И снова был силуэт – белый на фоне белой стены. Только теперь Лазарь точно знал, что это не доктор, и не искал взглядом жену. Его била дрожь. Пустой город не отпускал.
– С возвращением, – сказал ключник. – Ты прямо реактивный. Я только-только врата закрыл.
Лазарь мысленно согласился, что дни короче лет. Но молчал. Боялся стука зубов. Или скрежета. Франсуа поправил ключ на шее и поднёс – неизвестно где взял – металлический стаканчик из нержавейки. Молча. Лазарь выпил. В стаканчике оказался коньяк. Стало полегче.
– Ну что, теперь готов в рай?
– Грехи не пускают, – вышло хрипло, но вполне разборчиво. И голос вроде не дрожал..- После ада чистилище положено.
– Так ты только что оттуда! – Ключник насладился видом полного обалдения. – Из ада другого выхода нет. Прошёл ад – вышел в чистилище. Прошёл чистилище – сюда.
– А пекла там не было…
– Так ты его и не искал. Там каждый находит то, что ищет. Ты думал о своём, своё и нашёл. А кто о своём не умеет, думает о пекле, его и находит. Стереотипы – страшное дело.
– Слушай, – вспомнил Лазарь. – Там же Кузьма Иваныч!
– Кто?
– Пёс ко мне прибился. Ты его забрать можешь? Пропадёт ведь…
– Уже.
– Что – уже? – похолодел Лазарь.
– Уже забрали, – успокоил Франсуа. – Прямо следом за тобой.
– Он сильно мучился? – Лазарь догадался о смысле этого “забрали”.
– Почти нет. Сердце не выдержало. Полчаса – и всё. Теперь ему хорошо.
– А у меня там стих сочинился, – сказал Лазарь после паузы. Ключник кивнул. – Жалко, не записал. Забуду…
– Не жалей.
Лазарь поднял брови.
– Щедрому ничего записывать не надо, – сказал Франсуа. – И так разойдётся по миру. А скупцу никакие записи не помогут.
– Ну как разойдётся? Никто не видел, не слышал. И я уже забываю.
– Не пропадёт, – заверил ключник. – Всё учтено. Кто-нибудь повторит, когда придёт время. Может быть, даже ты.
– Что значит “даже”? Думаешь, не смогу?
– Обиделся. Нет, ты точно клоун, – Франсуа поднял руку, пресекая возражения. – Сможешь, конечно. Просто можешь не захотеть на мелочи размениваться. Хотя мелочи как раз самое ценное в жизни. Так что будь внимателен и не заносись со своей уникальностью.
– А?..
Ключник сделал сочувственное лицо. Как на блаженного смотрел.
– Ты редчайший экземпляр оказался. Вас таких, кто после чистилища обратно в ад просился, – единицы. Перед тобой Достоевский был. А единственный, кто вернулся – Данте. Теперь вот ты ещё.
– Погоди, – Лазарь похолодел и снова задрожал от пойманной мысли. – Так это я и первый раз в чистилище был?
– Первый? А… Ну да. Обычная человеческая жизнь со всеми невзгодами и находками, с правом выбора между добром и злом. Самый лучший способ узнать, кто чего стоит.
Лазарь почувствовал слабость в ногах. Так бы и сел прямо на мягкий зелёный пол. Как на траву.
– И чего стою я?
– Я ведь уже сказал: ты исчислен, и путь твой в рай. Ну некуда больше, извини! – Франсуа развёл руками.
– Хоть бы сказал, за какие заслуги. Я же так перед женой виноват…
– Она тебя простила?
– Наверное, простила, – согласился Лазарь. – Она святая женщина. Вот кому прямая дорога в рай.
– Она уже там, – подтвердил ключник. – Она простила. Значит, нет на тебе этого греха.
– А другие?
– Да не в грехах дело! Ты реализовался. Как ещё модно говорить, предназначение своё исполнил. И потому на тебе никаких грехов нет. Списаны, – Франсуа сделал отмашку, словно сбрасывал эти грехи со стола в мусорную корзину.
– И только? – Лазарь почувствовал обиду. По-детски жгучую и нелепую. Его обманули. Он старался, сдерживал себя как мог (как хотел, поправил себя Лазарь), грузил себя чувством вины – и всё впустую. Зазря. Потому что грехи, сколько бы их ни было, списаны, и никакой кары не будет, а значит, мог бы грешить и больше. Если бы сам захотел. А ведь жил всё же как хотел, понял вдруг Лазарь. Если чего-то очень сильно хотел, никакие запреты не останавливали. Без тормозов жил. Грешил беспрестанно. И это всё за просто так списано? Не верю!
– За что? Какое такое предназначение?

Запись опубликована автором Игорь Панасенко в рубрике Проза. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Об авторе Игорь Панасенко

Родился в конце марта 1958 года у подножия горы Кукисвумчорр, поэтому ушиблен Хибинами с детства. Поэтому там же и остаётся практически безвыездно, за вычетом шести студенческих лет. Впервые с авторской песней встретился в четыре года, когда родители купили первый магнитофон и бросились переписывать всё, что было доступно в ближайшем окружении - Визбор, Высоцкий, Кукин, Лобановский... далее везде. Уже потом, в институте (знаменитый Ленинградский Политех), узнал о существовании КСП, случайно забредя на конкурс "Топос". Далее везде... Ленив и неорганизован. Книг не издал. В союзах не состоит. Копирайт не признаёт. В миру успел поработать в академической науке, на государственной службе, в коммерческой фирме, на старости лет вернулся в науку. Везде занимался одним и тем же - дрессировкой компьютеров. А это уже диагноз.
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars6 Stars7 Stars8 Stars9 Stars10 Stars11 Stars12 Stars13 Stars14 Stars15 Stars16 Stars17 Stars18 Stars19 Stars20 Stars21 Stars22 Stars23 Stars24 Stars25 Stars26 Stars27 Stars28 Stars29 Stars30 Stars31 Stars32 Stars33 Stars34 Stars35 Stars36 Stars37 Stars38 Stars39 Stars40 Stars41 Stars42 Stars43 Stars44 Stars45 Stars46 Stars47 Stars48 Stars49 Stars50 Stars (1 проголосовавших, средний балл: 24,00 из 50)
Загрузка...

Вначале (продолжение 5): 1 комментарий

  1. Как-то слабовато для развязки…. пока складывается ощущение, что автор фонтанировал, фонтанировал, фантазировал, фантазировал…. мешал реальность с вымыслом, мешал… да и подустал… а заканчивать-то как-то надо… вот и пошла тягомотина…
    Но, впрочем, чего это я… там же впереди ещё кусок… окончание… момент истины, так сказать…)

    Persevering поставил(а) оценку: 24

Добавить комментарий

Войти с помощью: