Типа детектива

Соблазнить Андрея оказалось сложнее, чем думала Лиза. Так, теперь надо найти ампулу. Что-то должно быть в его крови, раз он хочет сделать исследование. И если что-то есть, в лаборатории скажут. Куда он ее спрятал? Ящик с двойным дном, неплохая попытка. Лучше уйти, чтобы Андрей не проснулся. Все-таки в деле преследования и убегания Лизе до него далеко, не стоит раскрываться раньше времени.
— Лиза? Какого черта ты делаешь?!
Вот же..! Она бросилась ко входной двери, набегу схвтив сумочку и кроссовки. Босиком по подъезду бегать не сильно приятно. Попыталась натянуть обувь, но сверху по лестнице уже слышались шаги. “На улице никого, как назло!” — подумала Лиза, вылетая из подъезда. Никого кроме…
— Лизка, давай сюда, — дернула Аня за рукав в какую-то подворотню. Подстава? Что она тут делает?
— Что ты тут…
— Давай сюда быстрее, потом все!
Забежали в какую-то дверь. Темно, все заставлено, ноги в синяках будут явно. Ого, так проход насквозь! Не знала, что в этих домах есть такое!
— Не тормози! Пошли! Я тебя уведу отсюда! Я знаю место, пересидишь.
Бежать оказалось не сильно далеко: по дворам до забора, где Аня быстро нашла нужную доску, чтобы пройти. Небольшой двухэтажный особняк, фасадом на одну из центральных улиц. И у Ани откуда-то ключ.
— Ты что, тайная наследная принцесса?
— Ну почти. Это тайное место химмков-экспериментаторов местного химфака. Не парься, тут только студенты и пара отчаяных преподавателей бывает.
— И ты в их числе.
— Ну да, как иначе!
— Слушай, прости, что так с Андреем. Ты из-за нас… Него там была, — догадалась Лиза, — Не знаю, как тебе объяснить… Я не могу все рассказать. В общем, он почти не при чем… Это работа…
— Не парься, — махнула рукой Аня, — Я все знаю. Вы типа хороший и плохой полицейский, да? Увы, на хороших меня сроду не тянуло, — смеется, — Я правда не сержусь, — даже приобняла. Странно… Или параноя?
— Посиди тут пару часов, а потом иди. Вот ключ, потом отдашь. Мне на работу пора.
Ушла. Так… Куда нести пробирку теперь? Не в Англию же отправлять… Черт, что это!? Она точно была полная… Аня!
###

У подъезда стояли двое.
— Утром меня уже тут не будет.
— И даже следов, что ты здесь был, — улыбнулась Аня.
— Ну да. Счастливо тебе, — тот, кого Аня знала под именем Андрей Панин, наклонился, улыбнувшись, и поцеловал ее в щеку. Всего лишь. Ну ладно… Чего она хочет? Завтра это все покажется только сном, а дома, в другой реальности у неё муж и дети вообще-то. Только сон… Впрочем, кое-что останется…
— И тебе удачи, — Аня улыбнулась и развернулась уходить. Андрей остановил ее, развернул и жарко поцеловал в губы. Шепнул:
— Я не забуду…
— Ну конечно, да, — засмеялась Аня, — Если не секрет, зачем? Что ты думал обнаружить?
— Не знаю даже. Ген Человека-Паука? Вдруг я умею стрелять паутиной! Мне б в работе пригодилось, — засмеялся Андрей.
Вот из общежития вывалилась группа студентов. Самое время. Взгляд в глаза, рука в руке.
— Очень смешно, — хихикнула Аня, — Но мне пора. Прошай, Андрей!
Она улыбнулась и быстро отошла, смешавшись с ребятами. Оставив Андрею в руке маленькую ампулу с красноватой жидкостью. Кажется, она услышала: “Аня, подожди! Как? Что там?” Или показалось? Разобрать телефон и выбросить симку. Не только Андрея Панина больше не существует. Ани тоже. Кроме нее вряд ли кто-то способен повторить тесты. Вряд ли кто-то заметит. Пока. Пока рано.

###
— Ты меня обманула, да? Типа увела от Панина, чтобы забрать его ампулу? Это потому что ты спала с ним?
— Ты тоже с ним спала, — пожала плечами Аня, — Но Андрей — наш агент, а ты — агент иностранной разведки. Без понятия, какой, так я и не научилась разбираться в акцентах.
— У меня нет акцента, — гордо заявила Лиза.
— В разговорной речи. Но над “сереневеньким бронетранспортерчиком с выподвыподвернутыми ножками” тебе даже трезвой еще работать и работать — усмехнулась Аня, — Впрочем, группа, резус и общие тесты крови в этих документах, можешь смело вложить в отчет, данные точные. Тебе ж это было надо.
Лиза смотрела непонимающим взглядом:
— Тогда какого… Ты нашла что-то еще! Что ты нашла?! Мы ведь знаем тебя, знаем лабораторию, мы найдем…
— Да-да. Ищите, удачи. Вдруг правда найдете — улыбнулась Аня.

Принято. Оценка эксперта: без оценки .

Постафоризмье

Путь в никуда делает человека никудышным.
Когда сорят словами, дворник бессилен чем-либо помочь, но можно завести внутреннего дворника.
Отличай великое от преувеличенного, но помни: у каждого свой масштаб.
Когда над обезьяной нависает тень Дарвина, она рубит ее топором.
Бродяги никогда не попадают в тупики.
Бог создал человека по своему образу и подобию, а человек создал Бога неподобающе.
Историк, ковыряющийся в прошлом – расковыривает настоящее, превращая артефакты в факты и наоборот.
Не каждый след становится частью тропы, не каждая тропа становится дорогой, не каждая дорога становится путем.
(с) Юрий Тубольцев

Абсурдные афоризмы

Не оживляй отжившее — оно станет еще мертвей.
Человек – это обезьяна с шорами на глазах.
Где нет шаблонов – там нет человека, где есть шаблоны – там убит человек.
Ты тот, кому ты снишься.
Человек – это обезьяна, порабощенная стереотипами.
Человек – это загубленная обезьяна, обреченная вечно оставаться недовоплощенной.
Обезьяна эволюционировала в человека, но инволюционировать обратно в обезьяну человек не смог, поэтому эволюционировал дальше в пушечное мясо.
Когда пчела не может найти цветы – она превращается в муху и начинает бороться со стеклом.
Даже Пушкин – это пустое фразёрство по сравнению с речами Дарвина.
Я убил в себе человека и разделился на две половины: обезьяну и сверхчеловека, которые тянутся друг к другу через пропасть, как слепые черви, чтобы снова соединиться, срастись.
После своего превращения в человека обезьяна стала совершенно пустой, даже не догадывающейся, что наполнить себя можно только бананами.
Растленный мир когда-нибудь сгниёт, а праведники переедут на Луну.
В истории нет правды — потому что её в кривду завивают извилины слепого подсознания.
Дай прочитать преступление и наказание современному студенту, он возьмет топор, чтобы его никто не смог наказать.
Первопроходцы — бывшие проходимцы.
Если ты выпал из любовной роли с разбитым сердцем — то никто и не узнает: великий ты артист или неудавшийся.
(c) Юрий Тубольцев

Принято. Оценка эксперта: без оценки .

Афоризмософия

Человеческая логика ничто без обезьяньих чувств.
Обезьяна – социальное лицо человека.
У человека каждое второе желание – глупость.
Хочешь пробудить чувства у камня – покажи ему гору и скажи, что он тоже может быть таким.
Общество, из которого вырезали гнильцу, загнивает ещё больше.
Из трех добряков двое становятся озлобленными.
Мир надуман и продумать его уже не возможно.
Тень пессимизма возможна и под палящим солнцем.
Кто ведет двойную жизнь, начинает вести и тройную.
Пока не стал слоном – не суй везде свой нос.
Ткань жизни плетется из нитей с гнильцой.
Нельзя познать радость жизни, не познав её тяготы.
Суть культуры не понять средь бескультурья.
Каждый третий стандарт – стандарт бескультурья.
(с) Юрий Тубольцев

Афоризмы

Вольнодумец хуже злоумышленника.
***

Художник, не сгущающий красок — фотограф.
***

Не жди самородков от безотцовщины.
***

Малое начинается с малого, великое начинается с великого.
***

Разное содержание должно быть у дневников, но судьбы у всех похожи.
***

Кто понял все, тот ничего не понял.
***

Простые люди считают себя сложными, сложные люди считают себя простыми людьми.
***

Высокие чувства большинство людей понимает с низменных позиций.
***

Все кому-то доказывают что-то, но никто не учитывает в своих доказательствах математику.
***

(с) Юрий Тубольцев

Особенности национального веселья

(драматическая сцена)

ГОСТОМЫСЛ: Веселие Руси есть пити.
НАРОД: Так ведь нечего!
РУРИХ: Я из Германия прибыть, напиток крепкий привозить!
ГОСТОМЫСЛ: А ну, кто хочет попробовать? Бесплатно!
НАРОД: Ух, как по мозгам шибает! А ещё?
ГОСТОМЫСЛ: Если сейчас проголосуем за Руриха, то до конца дней своих будем пить баварское. Всем ясно?
НАРОД: Вот это да! Даёшь Руриха!
ГОСТОМЫСЛ: Решение принято!
РУРИХ: Благодарю за доверие. А теперь слушайте: ваши дни на этом закончились. Начинаются мои.

24 апреля – 12 мая 2019
CC BY-SA

Обя… Объяснительная

Многоуважаемые, несравненные, превосходные обитатели сайта Дуэлит!
Вынужден с прискорбием уведомить,
что на днях “откраскопультиваю” в сельские края.
В краях сиих нет интернета,
посему и желаю благожелательным поэтам Дуэлита счастливого и тёплого лета!
Конечно же хотелось бы опубликовать здесь рассказ “На подоконнике”,
но уж больно серьёзная и грустная тема в нём, посему и не хочу портить весеннее настроение читателям.
Да, и песню надо было бы сюда поместить.
Но пишу её уже год, и конца ей не видно…
Засим нижайше откланиваюсь до октября,
вечно не преданный идеалам неоромантизма ваш
бездарный и глумливый Горский Дев!

Праведники Сотема

Текст большой, поэтому предлагается два фрагмента.

Явление восьмое: Бессильные мира сего

Удар по плечу был хотя и не болезненным, но сильным.
— Эй, дядя! — нарочито грубо сказал позади молодой голос.
Лот, вздрогнув от неожиданности, отвлёкся от выбора инжира и повернулся спиной к Хануку и его товару. Грубил и распускал руки базарный стражник, совсем молодой, на вид никак не старше трёх дюжин солнцеворотов, а скорее всего даже на пару — другую солнцеворотов младше, но при всей своей молодости изрядно крепкий: на голову выше Лота, а в плечах раза в полтора шире. Новый стражевода набирал только таких, при этом нимало не интересуясь умственными способностями подчинённых. Страж стоял с непроницаемым лицом, плотно скрестив руки на груди.
— Я слушаю.
— Э-э-э… — лицо стражника осталось непроницаемым, но глаза забегали. Ну точно: сила есть — ума не надо.
— Я слушаю, — повторил Лот, на всякий случай придав лицу такое же непроницаемое выражение. — Чё надо?
Стражник, услышав знакомый оборот, слегка расслабился.
— Я это… — он слегка замешкался, набрал побольше воздуха и отчеканил в пространство куда-то за Лотово плечо. — Кароч, я хочу оказать тебе честь.
Лот понял, что непроницаемое лицо было заготовлено очень кстати, хотя удержать его оказалось сложно. Сей миг главное — не выдать стражнику никаких эмоций. А ещё надо тянуть время и соображать, как выкрутиться.
— Ага, — Лот выдержал молчанку. — Ты…
— Ну, — подтвердил стражник.
— Мне…
— Ну.
— Оказать честь…
— Ну.
— Прямо сей миг…
— Ну! — стражник явно обрадовался понятливости и податливости жертвы.
— Прямо здесь…
— Э-э-э… — по лицу стражника пробежала еле заметная рябь, а руки на груди сжались плотнее. Поджилками трясёт, подумал Лот. Это хорошо. Он огляделся, в полном соответствии с ходом разговора оценивая обстановку. Пожилой Ханук успел отойти к самому дальнему лотку и, поправляя и без того аккуратно разложенную хурму, старательно ни к чему не прислушивался.
— Нет, — созрел стражник. — Давай в сторожке. Там никого сей миг.
Теперь полагалось задуматься Лоту. Что он и так уже вовсю делал, понимая, что дальше тянуть некуда. От Ханука помощи не будет: во-первых, он на дюжину солнцеворотов старше Лота, а во-вторых, ему, похоже, уже не раз оказывали честь, и он будет безмерно рад, если на этот раз для него всё обойдётся — неважно, по какой причине. Сопротивляться бессмысленно: стражник хоть и молодой, но настроен серьёзно, противодействие его распалит, и он своё намерение исполнит прямо тут, у всех на виду. Молодой, но сильный, от него не отбиться. Но молодой. И с тряскими поджилками. То ли сам не очень хочет, но должен соответствовать, то ли в стражниках совсем недавно и ещё не растерял уважения к старшим.
— Хорошо, — кивнул Лот. — Согласен. Давай! Только сначала я тебе честь окажу. Давай?
Стражник хоть и сохранил непроницаемое лицо, но как-то сжался и напрягся, немигающе уставившись перед собой, рот его приоткрылся, издав слабое сипение. Лот поздравил себя с правильным решением.
— Только я сей миг тороплюсь. Поэтому давай в другой раз. Завтра. Давай?
Стражник мелко закивал, торопливо развернулся и зашагал вдоль рядов, явно еле удерживаясь от перехода на бег — убраться вон, пока похотливый дядька не передумал.
Лот перевёл дух, расслабил лицо и повернулся к лотку с инжиром, намереваясь продолжить выбор. И оторопел: Ханук уже протягивал ему полную котомку. Не завязанную, чтобы было видно, как хорош уложенный инжир. Хотя у Ханука можно было брать не глядя, он плохого товара не держал и покупателей не обманывал.
— Благодарю, — изумлённо-растроганно сказал Лот, нащупывая мошну. — Сколько с меня?
— Это подарок. И ещё вот возьми, — Ханук протянул котомку с хурмой. — Я знаю, жена и дочки твои любят.
— Нет, я так не могу, — смутился Лот. — С какой стати?
— Я счастлив! Дорогой, ты не знаешь, что ты сделал! — Ханук смотрел на Лота с восхищением и чуть ли не со слезами на глазах. — Ты сей миг сделал мой день! Теперь я знаю, что надо отвечать стражникам! Я счастлив!
— Вряд ли это на всех подействует, — вздохнул Лот, тщательно завязывая котомки. — Сей день нам повезло.
— Благодарение Вседержителю! — возгласил Ханук. — Повезло так повезло… Слушай, — сказал он после недолгой молчанки, — а если бы он согласился? Ты бы сделал?
— Не знаю… — растерянно сказал Лот. И подумал: а куда бы я делся?

Явление девятое: Война миров

— Эй, мужчина!
Голос был женский, звонкий, молодой. Лот закончил разрыхлять землю, отложил в сторону колышек-рыхлитель, аккуратно поддел лакрицу под корень, потянул за стебель. Корень вышел из земли целым. Лот аккуратно отделил его от стебля, отряхнул и положил в котомку. В другую котомку отправил созревшие стручки — посеять на своём огороде, чтобы не слишком часто ходить в рощу. Подобрал колышек, поднялся с колен, отряхнул хламиду. И только после этого огляделся. Никого.
— Мужчина!
В дюжине шагов возвышался старый морщинистокорый платан, и голос доносился оттуда. Шор точно бы подумал на дриаду.
— Кто ты и что тебе надо?
— Хочешь, я тебе отдамся?
Лот опешил. Приключений ему не хотелось. Но и бросить на произвол судьбы городскую дурочку — а кто в здравом уме будет искать мужчину в роще, когда их в Сотеме полным-полно? — было бы неправильно. Правильно — это отловить, привести в город и сдать страже, а уж они знают, что с такими делать.
— Ты хоть покажись сначала.
Обладательница голоса повиновалась. Чистая хламида, чистое молодое лицо — на вид чуть больше двух с половиной дюжин солнцеворотов. Совсем не похожа на дурочку. Стесняется, но изо всех сил пытается выглядеть развратно.
— Ну как? Хочешь меня?
— Кто ты, прелестное дитя?
Дитя залилась румянцем и потупилась.
— Аина, дочь Мехеда.
— Понятно… — Лот пытался вспомнить, кто такой Мехед. Не вспоминалось. — И что тебе от меня надо?
— Возьми меня! — отчаянно полупрошептала-полувыкрикнула Аина.
— У меня жена есть.
— Возьми меня здесь и сей миг! А потом уходи!
— Вот как… — ещё больше озадачился Лот. — А почему так?
— Ты забыл, что ли? Вседержитель заповедовал нам плодиться и размножаться. Как можно больше! Поэтому каждая женщина должна отдаться пятерым мужчинам, а каждый мужчина должен взять пять женщин. Больше можно, меньше нельзя. Вот.
Аина перевела дух и, снова зардевшись, повторила:
— Возьми меня. Пожалуйста.
— И давно Вседержитель это заповедовал?
— Да ты что, не помнишь? Четыре луны назад градоправитель и первожрец на площади объявили. Всех согнали.
— Кажется, я что-то упустил… — пробормотал Лот. Четыре луны назад градоправитель и первожрец оглашали совсем другую заповедь. А это значит… Девицу надо было срочно отвлечь, чтобы она тоже об этом не подумала, и Лот спросил первое, что на ум пришло:
— И сколько у тебя мужчин было?
Аина совсем смутилась. Помялась, повздыхала, опустив очи долу, но всё же пересилила себя и призналась:
— Ни одного. Все говорят — отдайся сначала мужу. Но у меня ещё нет мужа, а заповедь надо исполнять. Ну возьми меня! — проныла она жалобно, как маленькая девочка просит у родителей игрушку.
Теперь почему-то смутился Лот. И пока он теребил бороду, подыскивая ответ, Аина радостно взвизгнула:
— А я тебя помню! Ты же к моему дяде приходил! Правда, давно, я ещё пояс не носила! Помнишь дядю Казоха?
Лот промычал неразборчиво. Какой Казох? Что-то смутно знакомое, но не вспоминается.
— Да помнишь, помнишь! Чудаковатый такой, но хороший лекарь, его все знают! У него ещё питейная комната на крыше! Ну, вспомнил?!
— А-а-а-ага… — теперь Лот вспомнил. Да, лекарь Казох — со странностями, но хороший лекарь. И не врёт Аина — хорошо известный. Лот специально приходил к нему за советами. И в питейной комнате сидел. И по двору носились какие-то дети, которых Казох называл племяшками. И было это ой давно — дюжину и ещё два солнцеворота назад. В Камарре. Правильная оказалась догадка.
— Вот видишь! — радостная Аина крутнулась, пояс полетел в одну сторону, хламида в другую, и племянница лекаря предстала перед Лотом в ослепительной наготе. — Смотри! Я правда красивая?
Лот потерянно кивнул, ощущая шевеление в паху. Аина шла в наступление, как боевые колесницы, отбросив страх, стыд и смущение. Ещё немного — и она сама овладеет добычей. Будет сначала приятно, а потом стыдно перед женой. Вседержитель, взмолился Лот, спаси! И тут же по наитию спросил:
— А это ничего, что я из Сотема?
Личико прелестной дитяти за один вздох поменяло множество выражений — от восторженно-отчаянного через непонимание, недоумение, изумление, растерянность к смеси ужаса, отвращения и ярости. Рот, только что призывно открытый для поцелуя, скривился, испустив пронзительный визг.
— А-а-а-а-а! Извращенец! Уходи от меня! Я тебе не дамся!
Лот облегчённо выдохнул, повернулся к Аине спиной и зашагал прочь. На глаза ему попался стебель лакрицы, а на нём — пропущенный по невнимательности стручок. Лот наклонился за ценной добычей — и тут прямо над головой пролетел и шлёпнулся в траву приличный булыжник.
— Помогите! — продолжала визжать Аина. — Меня сотемский извращенец хочет взять!
Лот оглянулся. Дочь Мехеда держала в руке ещё один камень. Плюнув на стручок, Лот со всех ног кинулся прочь.

Полный текст доступен здесь: https://yadi.sk/i/lRZ6oYUNSbVIVQ

Парасенок

–  Ты парасенок?
–  Неа, я  –  пара сенок
–  А что такое сенок?
–  Это полуя
–  А ты, значит, дважды сенок
–  Ага, я парасенок…
–  А бывают триждысенки?
–  Конечно!
–  А четыреждысенки?
– Конечно, но четыреждысенок тоже может быть только один единственный
– Правда? А как быть с пятисенками, шестисенком?
– Есть и семисенок, и восьмисенок … миллионсенок ведь каждый из нас уникален и не повторим.
– А есть ли односенок, хотелось бы увидеть его?
– Увидеть односенка нельзя?
– Это почему же?
– Односенка никогда не было и быть не могло, потому что он бы никогда не раздвоился, все началось с парасенка, – ответил парасенок
(с) Юрий Тубольцев

Принято. Оценка эксперта: без оценки .

Рассёнканный с улицы Бассёнканной

– А Рассёнканный с улицы Бассёнканной — это тоже парасенок и на этой улице тоже только парасята живут, – спросил парасенок
– Да, но у них государство экспроприировало их сёнки, так что теперь они живут в грязи и изредка хрюкают.
(c) Юрий Тубольцев

Бесконечность рамок

Всегда рассуждай о том в чем не разбираешься, ибо что, если не твое полное непонимание раздвинет рамки явления до бесконечности?
(c) Юрий Тубольцев

Принято. Оценка эксперта: 11 баллов.