Целовались мониторы,
обзавидовались шторы.
Левая и правая —
шторы очень бравые
вмиг в объятиях сцепились,
тут и стулья спохватились.
С креслами схватилися
на пол повалилися.
Ну, вертеп, ну вертеп!
Блок системный пляшет степ,
ну а ящики стола
разбрелись по всем углам,
чтоб такое сотворить,
что неприлично говорить.
Бубновая дама – это шатенка.
Я рядом с ней в теплом месте у стенки
Держусь молодцом – здоров как лось
Только б о чем мечтаю – сбылось.
Ну и понятно, волнуюсь немножечко –
Как бы не сесть афедроном на ёжика
Цепляюсь за шторы я будто случайно,
Сосредоточен необычайно.
Ложка б сейчас помогла валерьнки,
Только духман от нее как с портянки.
С милой всухую устрою уже
Маленький рай в небольшом гараже
Под пристальным бризом
Глаза не сомкнуть.
Мир празднует тризну
Ушедшему дню.
Как ужас паденья,
Как пасмурный бред,
Встают привидения
Прожитых лет
Нет, нет, не завтра а сегодня
возьму я мягкий свой матрас.
Пусть карта суетится сводней —
ушел я в путь в который раз.
Туда где тучи нависают,
искрясь сиянием зари.
куда-то между полюсами
стремлюсь как Конюхов — смотри.
Не для покоя, для азарта,
шарахаюсь в весь мир влюблен.
Ах, яндекс-карта! Яндекс-карта!
матрас,
подушка,
синтепон
Зал был темен и очень пуст,
А по залу
Маленькая мелодия робко бежала.
Доверчивая, тыкалась носиком
В клавиши стульев.
Словно искала кого-то –
Тут ли?
А зал был очень-очень огромен.
И мелодия вдруг затихла,
Испугавшись,
Как бы кто-то большой и страшный
Не схватил ее за ногу
В темноте.
Никто из нас не знает,
что будет через год.
И даже — через месяц.
И даже — вот-вот-вот.
Потянешься несмело
к стакану, но постой!!!
Ведь в кране сальмонелла,
а с ней конец простой.
И лезет к нам с приветом
нахальна и тоща
шальная спирохета
с тарелкою борща.
Снег аэрозолен,
А ветры уснули.
Деревья под снегом тихонько прогнулись.
Снег тонкодисперсен.
И елка поникла,
Как спящая в зимнем сугробе куница –
Хвостом обернувшись,лишь уши на воздух.
И слышит влюбленных дыхание возле.
Такое безмолвье,
Такое затишье,
Что впору, как елке, в сугроб опуститься.
И снежные брызги забыться помогут.
Лишь мокрые письма чуть больше подмокнут
Однажды осенней порой
Забудем проститься.
Меня молчаливый Харон
Прокатит по Стиксу.
А вас встретит пьяненький Петр,
И звякнет ключами.
И снова ворота запрет
За вами.
И вновь полетят чередой
Дни, годы, недели,
Качая неслышной водой
Не наши постели.
Но вспомните ль вы про меня,
В утехах Эдема?
Лишь ходики в кухне звенят
Про время.
Там мираж.
Там русалка сидит на ветвях.
Там деревьев кора
В драгоценных камнях.
Там мираж.
Там деревья с луной говорят.
Там стоит разноцветный закат,
Словно страж.
А бывает резон
В полудетских мечтах? –
Просто так
За туманный уйти горизонт.
Только кто-то без слов
Вдруг возьмет и уйдет.
Видишь радуга вновь
Над горами встает.
Настоящая любовь — это бескорыстная привязанность, основанная на преданности и заботе друг о друге, без корысти и материальных выгод.
Истинная забота друг о друге подобна бережному отношению к любимой одежде. Когда мы храним её в чистоте и опрятности, это рождает чувство глубокой привязанности. В ответ одежда окутывает нас теплом и дарит непередаваемый комфорт.
Быть неравнодушным к любимому человеку — значит погрузиться в глубины его души, чтобы отыскать там сияющие грани: преданность, порядочность, честность и искренность.
Любовь и признательность к хорошему человеку подобны бережному хранению заветной игрушки из детства. Даже когда время стёрло краски и оставило следы на её поверхности, истинная привязанность видит нечто большее, чем внешние изъяны и жизненные бури. Когда сердце переполнено любовью, эти мимолетные трудности бессильны поколебать прочную связь.
Настоящие отношения подобны звёздам, сияющим в ночном небе. Глядя на них, испытываешь трепет и восхищение, ведь они подлинные, а не искусная иллюзия, скрывающая небесный свод.
Верность в дружбе — это прочный фундамент, на котором возводится доверие: и к себе, и к преданному другу. Она дарит смелость слышать правду, не опасаясь её искажения.
© Айдар Замальдинов
Откуда комета
Прошла надо мной.
Сноп яркого света
Возник за спиной.
Старухи шептались:
Не к счастью, учти,
Кометы встречались
Другим на пути.
Какая примета –
К добру, иль беде?
Тоскует комета
О дальней звезде.
Ушла, оторвалась,
Назад не вернешь.
И только осталась
Тревожная ночь.
Умчаться б комете,
Да жребий таков:
На нашей планете
Пугать дураков
Сновали звукотени
по нашей скукотени
шуршали закоулками
пустые голоса.
И со штрихами лени
из зарослей сирени
я вылез на прогулку
в окрестные леса.
Туфта — реальность эта.
Ловушка для поэта.
И ты полуодета
застыла у дверей.
Но я назло реальности
уйду в такие дальности,
где водятся педальности
невиданных зверей
На асфальте лужица.
Ну а в ней — вода.
Что-то мне недужится —
экая беда.
Круговерть небесная —
зги не увидать.
Ах, моя любезная,
не спеши гулять.
По недолгой лестнице —
или по трубе
Лучше я, прелестница,
поднимусь к тебе.
Чувствуя влечение,
я под ветра вой
Ринусь в приключение
буйной головой.
Как чудесно рядом
Мне с тобой гулять.
Буду этот вечер
Завтра вспоминать.
Где-то в отдельной маленькой точке
Дальних окраин российских земель
Встретились как-то два одиночки:
Волк и собака (в смысле – кобель)
Было немало выпито вскоре,
Так что, довольны друг другом вполне,
Молча топили радость и горе
Пес вместе с волком в горьком вине.
Ну а потом, в ливнях лунного света,
Сидя на краешке русской земли,
Волк и собака выли дуэтом
Вместе — о том, чего спеть не смогли
В эпиграф Леонида Ильича,
герою в сердце — пламень коммунизма.,
ну а глаза пусть смотрят с укоризной
на тунеядца, пьяницу,рвача.
А в руки молот, в ноги — постамент.
И вот стоит у нужного подъезда,
чтоб доложить к очередному съезду:
план выполнен на сто один процент.
Увы: сюжет давно уже не нов,
на Лиговке. у входа в зал концертный
в салютах предсказаний и концепций
Стоит такой…С друзьями. Без штанов.