Спасатель

Попробую новый формат выкладывания больших текстов. В онлайне их всё-таки читать тягомотно, поэтому качайте отсюда. А здесь для затравки помещаю фрагмент.

– Всякому чуду своё время, – сообщил Изя.
– Чего? – я клюнул носом и проснулся.
Этот вечер у нас выдался не вполне обычным. Мы оба закончили день непривычно рано, даже солнце ещё стояло высоко. Не знаю, что подгоняло Изю, я же торопился проверить – сохранил вездесущий господь мою куртку или не потрудился. К моему большому счастью – сохранил, так она себе и лежала на солнышке, покрытая мухами в несколько этажей. Эти мухи поначалу не желали разлетаться, зато прямо вскипели, когда я пуховик как следует встряхнул. Изя сменил мне повязку, удовлетворённо отметив, что назавтра она уже вовсе не потребуется, а потом извлёк откуда-то тетрадь с карандашом, устроился на чурбачке и принялся что-то азартно строчить. Пошатавшись без дела минут пять, я сделал правильный вывод, что обязанности кашевара в этот раз возложены на меня. Получилось не так вкусно, как у Изи, но быстрая лапша, приправленная томатным соусом, была вполне съедобна. По крайней мере, для меня. А потом я поставил на огонь чайник, который господь сегодня послал Изе. Всё время, пока я копошился вокруг костра и, не особо стесняясь, снимал пробу с лапши, Изя продолжал строчить в тетради, совершенно не обращая на меня внимания. Я совсем уж было хотел поинтересоваться, где господь такие дары посылает, но понял, что Изя отшутится или намекнёт на неприкосновенный запас. Он и к лапше-то не сразу притронулся, только поблагодарил радостно. И на приглашение к чаю тоже сказал извиняющимся тоном:
– Спасибо, я чуть попозже…
И продолжил свою писанину. Мои дела закончились, Изя был занят своими, вечер был тих, и я помаленьку начал было задрёмывать. И тут он меня разбудил.
– Чудо должно созреть для того, чтобы люди его увидели.
– Что-то ты чудеса меряешь, как овощи. Господь не обидится?
– Он не обидчив. Но про овощи ты хорошо… Более правильно так – люди должны возвыситься до понимания чуда, чтобы его увидеть. Да?
– Ты вообще о чём?
– Я всё хожу и огорчаюсь, как много чудес остаются неувиденными и непонятыми. Ладно обыденные чудеса, которые часто случаются, они просто примелькались, но ведь даже великие чудеса – и те порой остаются неоценёнными. Вот доказал Перельман гипотезу Пуанкаре или Уайлс Великую теорему Ферма – это же великое чудо! Все, кто в Господа верует, должны бы неделю Его благодарить за эти великие прозрения. А оценили только математики.
– Кто кого доказал? – тупо спросил я. Часть фамилий была мне смутно знакома по прошлой жизни.
– Перельман.
– Это который “Занимательная физика”?
– Даже не внук. Я бы его к лику святых хоть сейчас причислил. Ты представляешь – он живёт как раньше старцы пустынники жили. Ну, почти как старцы, всё же не в ските, а в городской квартире. Но от миллиона долларов за доказательство отказался. Чтобы деньги думать не мешали. Старцы ведь в пустыни уходили тоже затем, чтобы им суета мирская не мешала думать и прозревать.
– А он-то что прозрел?
– Господь послал ему прозрение доказать всем, что мир на самом деле круглый. Сто лет никто не мог доказать – а Перельману Господь послал такой дар. Ведь чудо! А теорему Ферма вообще три с половиной века доказывали. Помнишь, о чём?
– Про пифагоровы штаны что-то? – с трудом припомнил я.
– Ага. О том, что они только плоскими могут быть. Три с половиной века! Представляешь, какое великое прозрение? Какое чудо! А люди просто не заметили! Ещё три века пройдёт, пока оценят по-настоящему.
– А если нет?
– Вот и я боюсь, – горестно вздохнул Изя. – А ведь Господь сотворил человека, чтобы тот думал, я в этом уверен. Иначе зачем же Он дал человеку разум?
– Чтобы славить и поклоняться, – предположил я.
– Для этого разум не нужен, – Изя снова вздохнул. – Даже вреден. Разумный человек нет-нет да и задумается. Засомневается, смысл понять захочет. А славить и поклоняться можно только бездумно.

Запись опубликована автором Игорь Панасенко в рубрике Проза. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Об авторе Игорь Панасенко

Родился в конце марта 1958 года у подножия горы Кукисвумчорр, поэтому ушиблен Хибинами с детства. Поэтому там же и остаётся практически безвыездно, за вычетом шести студенческих лет. Впервые с авторской песней встретился в четыре года, когда родители купили первый магнитофон и бросились переписывать всё, что было доступно в ближайшем окружении - Визбор, Высоцкий, Кукин, Лобановский... далее везде. Уже потом, в институте (знаменитый Ленинградский Политех), узнал о существовании КСП, случайно забредя на конкурс "Топос". Далее везде... Ленив и неорганизован. Книг не издал. В союзах не состоит. Копирайт не признаёт. В миру успел поработать в академической науке, на государственной службе, в коммерческой фирме, на старости лет вернулся в науку. Везде занимался одним и тем же - дрессировкой компьютеров. А это уже диагноз.
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars6 Stars7 Stars8 Stars9 Stars10 Stars11 Stars12 Stars13 Stars14 Stars15 Stars16 Stars17 Stars18 Stars19 Stars20 Stars21 Stars22 Stars23 Stars24 Stars25 Stars26 Stars27 Stars28 Stars29 Stars30 Stars31 Stars32 Stars33 Stars34 Stars35 Stars36 Stars37 Stars38 Stars39 Stars40 Stars41 Stars42 Stars43 Stars44 Stars45 Stars46 Stars47 Stars48 Stars49 Stars50 Stars (Ещё не оценено. Вы можете быть первым! )
Загрузка...

Спасатель: 2 комментария

Добавить комментарий

Войти с помощью: